По Волоснице и Летке

+ 7
+ 5
Путешествия / 17.06.2013 14:30

Еще пару лет назад исследование путей заселения северных рек завело нашу экспедицию в глухомань опаринских болот и лесов, а в этом году планы по достижению берегов Вятки вновь получили свое продолжение. Напомним читателям, что прошлой весной мы оставили лодку возле одного из частных гаражей в поселке Вазюке, тем самым завершив часть путешествия по речке Кузюк.

И вот 30 апреля ночью, словно и не было целого года ожидания, наша группа из пяти человек снова оказалась на знакомой станции. Темно и холодно, свет станционного фонаря рассеянно смешан со светом луны.

0 1242

Поезд Луза — Киров, мерцая двумя тлеющими огоньками последнего вагона, сгинул во мраке. Нас же встречал житель Вазюка Олег Криницын. За те 15 лет, что мы путешествуем по северным рекам Вятской, Архангельской и Вологодской губерний, я лишний раз убедился, что люди очень тепло приветствуют саму идею водного туризма.

 

Как правило, местные нам никогда не отказывали в ночлеге, соглашались брать на сохранение лодку, предоставляли транспорт, часто за спасибо занимались решением внезапно возникающих проблем.

Вот и сейчас в три часа ночи Олег Аркадьевич ждал нас вместе со своим КамАЗом, на который вскоре мы уже грузили лодку «Торопу», что год дожидалась нас возле дома Тимофея Леонидовича Тарасова. Когда устраивались в кузове машины, мне почему-то вспомнился эпизод из широко обсуждавшегося по ТВ документального фильма о перевале Дятлова. И все вновь с охотой подхватили начатую еще по дороге из Подосиновца в Пинюг тему трагической судьбы пропавшей экспедиции.

Через полчаса тряской езды по плитам машина остановилась возле железнодорожного тупика одной из лучших российских узкоколеек — кобринской УЖД. Забрезжил рассвет, на всех теплой одежды по минимуму. Как только возле рельс пристроили лодку, с помощью остатков прошлогоднего бензина сразу развели костер.

Анатолий Николаевич Пластинин связался по телефону с директором ООО «Майсклес» Георгием Яковлевичем Смирновым, с которым еще зимой договаривался о перевозе нашей лодки по «железке» до речки Ночной Волосницы. Тот подтвердил свое согласие, правда, усомнился, что мы по ней уплывем далеко. Предупредил, мол, если застрянем на реке окончательно, то он нас «эвакуирует» в условленном месте через пару-тройку деньков во время охоты. Того же мнения были и рабочие, которые с нескрываемым скептицизмом помогали нам грузить «Торопу» на платформу.

— Далеко-то вы на ней не уйдете, — пророчествовали они.

Мне доводилось раньше ездить по УЖД, но так — совсем немного. А сейчас нужно было добраться по ней аж до соседей из республики Коми. Общая протяженность кобринской узкоколейной линии достигает 150 километров, главная магистраль, по которой нам предстояло ехать, равняется 80 километрам. Когда-то по насыпи здесь была проложена широкая колея, затем внутри нее провели третью нитку рельсов, а в начале 60-х крайние «ширококолейные» рельсы и вовсе разобрали. Раньше неподалеку от нулевого километра была станция Кобра, сейчас это просто разъезд с диспетчерским пунктом и остатками пассажирских вагонов, входивших когда-то в «фирменный» поезд местного значения с таким же названием — «Кобра». Ездили на нем люди бесплатно.

На заре истории этой линии вагонетки с лесом из поселков Тылай, Волосница и Стахановский тащили лошадьми до поселка Безбожника, когда их не хватало, роль тягловой силы выполняли пленные немцы. Вслед за приходом локомотивов стали расти и планы заготовки леса, особенного расцвета вывозка древесины по УЖД достигла при знаменитом директоре Майского леспромхоза Зоте Фомиче Чернышеве. В рекордные годы по ней доставлялось до миллиона кубометров леса. Грандиозный проект предусматривал выход к лесным угодьям на реке Кобре и далее через Коми в Верхнекамский район! Сейчас же во многих бывших леспромхозах узкоколейки ликвидированы почти полностью, но здесь ее сохраняют и модернизируют под новые планы лесоустройства.

Вскоре в рассветных лучах солнца появился поселок Стахановский. Скорее всего, жители отсюда навсегда уехали в соседний Безбожник. Ближайшие к ветке дома настолько ветхие и убогие, что вряд ли в них кто-то живет, а другого пригодного жилья, похоже, и вовсе нет. Но все может быть, по крайней мере в Интернете для несуществующих жителей Стахановского ежедневно выходят сводки погоды. Примерно через три километра можно было наблюдать поселок Тылай, там сейчас проживает 97 человек, в соседней Волоснице их около тридцати.

Мост через реку находится на 26-м километре. Здесь, поблагодарив машинистов Виталия Федоровича Сунцова и Владимира Леонидовича Кузнецова, мы выгрузили лодку. Локомотив с двумя платформами двинулся дальше по каким-то своим делам, а спешившиеся странники, облепив «Торопу» по бортам, стали толкать ее с кручи по направлению к поблескивающей на солнце Ночной Волоснице. С этого момента все обстояло так, как мы и хотели. На многие версты вокруг не было ни души, и мы целиком оказались во власти предлагаемых природой обстоятельств.

В конце апреля речка уже полностью освободилась ото льда. При виде этого на душе у нас полегчало — значит не придется, как в свое время на Лале, тащить скарб и лодку по берегу до очередной полыньи. Радость эта, как позже выяснилось, оказалась преждевременной.

Николай Липатников. Фото автора.

(Продолжение следует).

 Кобринская УЖД