Литературная страничка

+ 3
+ 1
Культура / 14.01.2015 09:05

От автора Валентины Павловны Скобелкиной
Я родилась 8 октября 1955 года в п. Пушма, в семье Лариных Павла Федоровича и Марии Ивановны. Семья была большая: 6 детей, родители и бабушка, Ольга Васильевна Логинова — мамина мама. Бабушка с семьей были эвакуированы во время войны из-под Ленинграда в Кировскую область, куда их привез, получив краткосрочный отпуск на фронте,  мой дед, Логинов Иван Васильевич — бабушкин муж. После этого дед снова возвратился на фронт, где и пропал без вести осенью 1941 года.  Мама в это время училась в блокадном Ленинграде, откуда была вывезена  в январе 1942 года, после чего приехала в Кировскую область к семье. После войны они оказались в п. Пушма — маму перевели на железнодорожную станцию, где она и трудилась до пенсии.

0 987

Папа — участник войны, после ее окончания приехал на заработки в лесной поселок, каких в стране в послевоенные годы создавались тысячи. Здесь они встретились с мамой, поженились. Родились 5 дочерей и сын. Отец умер, когда мне было 15 лет, дальше мама поднимала нас вместе с бабушкой. Я окончила сначала Пушемскую восьмилетнюю, затем Пинюгскую среднюю школу, заочно — педагогический институт и до 2012 года работала  учителем-словесником. У меня двое взрослых детей и три внука.
Стихи начала писать, выйдя на пенсию. Вероятно, внутри было накоплено столько эмоционального материала, что стихослагательство как-то сразу захватило меня. Все, что в стихах, не совсем мое личное, это квинтэссенция судеб, событий, наблюдений, и не только моих, но и многих других людей, некоторых известных мне жизненных историй, а также осмысление  поступков  литературных  персонажей. Но все эмоции пропущены через душу и сердце и стали уже родными. Так что лирические герои моих стихов мне очень близки, я ими дорожу. Многие стихи  настроенческие, в них размышления о жизни, о вечных ценностях, о взаимоотношениях мужчины и женщины, есть ироничные и шутливые, но все они о нас, о нашей жизни и о том, что нам близко и понятно.

Бессонница
Луч закатный в ночь скатился искрой,
Задремали храмов купола,
Сон походкой заступает быстрой —
День ушедший выгорел дотла.

Тишина повисла  паутиной —
Час… второй… полтретьего уже…
Ходики старинные в гостиной
Отбивают звонкое драже.

Мысли разбиваются на клинья
И стучат в уставшей голове,
Дождь в окне заплакал от бессилья,
Зашуршал в безрадостной листве.

Не уснуть. Пойду поставлю чайник…
Сбрасываю надоевший плед —
Носом всхлипнул старый умывальник,
Заскрипел обиженный паркет.

Стол, тетрадь, горячий чай покрепче —
Буквы собираются в слова,
Тишина на ухо строки шепчет…
Утро. Золотятся купола.

____________________________________

Земная кинопленка
По звездным лугам
и по солнечным рекам,
Снующим по небу хвостатым кометам,
По радуге звонкой, летящей  над миром,
Поющим ветрам и  вселенским эфирам,

По чистой росе и молочным полянам,
Кипящей листве и неведомым странам,
В рассветной заре и багряном закате,
Кленовых деревьев осенней утрате,

По зову сердец, материнской молитве,
Открытой у дома заветной  калитке,
По сладкому сну и улыбке ребенка
Несется из судеб земных кинопленка.

От жизни до жизни, от счастья до счастья,
Сквозь боль и невзгоды, разлуки, ненастья —
Бежит, чтоб к истокам своим возвратиться
И  новой судьбою из них возродиться.

____________________________________

Дом моего детства
На маленьком таежном полустанке,
Где не была… забыла сколько лет,
Стоит мой дом на небольшой полянке —
Не убран, не ухожен, не согрет.

Стоит как будто даже горделиво —
Совсем как мама раньше на кругу,
Когда плясать задорно выходила
Под «Барыню» на пушемском лугу.

И, как отец, надел свою ушанку,
Смешно, по-залихватски, — так модней,
Отправясь на охоту спозаранку
На зайцев и, конечно, глухарей.

Глазами бабушки глядят оконца —
Из них сквозит, как прежде, доброта.
Спешит к воротам утреннее солнце,
Чтоб встретить нас, но нет: тропа пуста.

Проходим, пролетаем, проезжаем,
Несемся быстро мимо, в никуда —
Спешим за новой жизнью в города,
Дома былого детства оставляем
И маемся ночами от стыда.

Родные стены молча ожидают,
Теплом любви родительской зовут,
Надеются на встречу, видно, знают:
Пока их помнят — и они живут.
Распишусь на стекле
Я в крещенский мороз
белоснежную линию
На замерзшем стекле проведу,
Пробивая дорожку по хрупкому  инею,
За облатку окна убегу.

Там, на саване белом, печали покоятся,
В берегах присмирела река,
Геометрией звезды послушные строятся,
И виднеется нитка дымка.

По фонарным столбам
на расцвеченных улицах,
По мозаике спящих домов
Пробегает поземка —
холодная спутница
Одиноких февральских штормов.

Невидимкою-шапкой,
хранителем-ангелом
Укрываясь  в святых  куполах,
Бесприютная ночь заполняется ладаном,
Убирая сомненья в сердцах.

____________________________________

Распишусь на стекле
белоснежною линией,
Из желаний построю мосты —
За  мерцающим блестками
сказочным инеем
Загорятся надежды костры.

____________________________________

Святки
Время святок  на пороге —
Замирай, моя душа!
Бог, не гневайся: похоже,
Просит сердце куража.

Будто встарь, надену юбку,
Кашемировый платок —
И пойду по переулку
На кресты из трех дорог.

По пути взгляну в окошко,
Ухо к раме приложу,
Кошкой черной на дорожке
Жениха приворожу.

Надо — сапожок закину
За большие ворота —
Там спрошу тихонько имя
Удалого молодца.

Окуну свое колечко
В чашу со святой водой
И заветное словечко
Загадаю под луной.

На крестах дорог безмолвных
Вылью чистую слезу,
Чтоб в ночах моих бессонных
Видеть яркую звезду.

Забегу потом к подружкам —
Песню девичью споем —
В ней дадим простору чувствам!
А любовь..? — Переживем!